статья


Exhumator
Бельгия, страна обетованная

Рассказ о раздвоении, или Как белорусским экстремалам живется на Западе

Так уже исторически сложилось, что белорусские музыканты направляют стопы своя на Запад. Олег Джаггер, по заслугам получив "Грэм...", вернее, "Рок–корону", сразу же уезжает в Бельгию, заниматься взращиванием собственного таланта в одном из околомузыкальных баров. Музыканты ЭКСГУМАТОРА однажды отправляются за границу в Бельгию, чтобы там, в условиях, максимально приближенных к экстремальным, продолжать бороться за справедливость, равенство и братство. И даже мы, музыкальные журналисты, поглощая итальянскую пиццу в Амстердаме, наивно смотрели в сторону бельгийской границы, за которой, говорят, бывает еще западнее.

— А ты–то как попал в Бельгию?

Игорь Сельниченко, бас–гитарист белорусского ЭКСГУМАТОРА (И.) — Я поехал туда с барабанщиком Антоном Архиповым. На встречу с бельгийским вариантом ЭКСГУМАТОРА, в котором играют музыканты из белорусского состава: солист — Саша Бурей (белорусский ЭКСГУМАТОР — гитара), бас–гитарист — Паша "Круиз" (бел. Э. — бас с 1994 года, заменил И. Сельниченко после записи альбома "Sacrifitial Bleeding") и Юра (барабаны, АУТОДАФЭ, заменил в 1994–м Антона Архипова).

— Но они уехали туда не для музыки?

И. — Да, для них просто было важно выехать отсюда, потому что их не устраивала политическая обстановка в стране. А там они просто продолжают заниматься музыкой.

— И насколько реально для белорусских музыкантов получить работу на Западе?

И. — Мне кажется, лучше работать здесь — это намного легче. То есть базу необходимо иметь на родине, а на Западе только заключать контракты. Это более реально. Вообще там сложно устроиться: ЭКСГУМАТОРУ в этом смысле повезло — ведь они приехали в страну, где у них уже были знакомые, и я знаю, что им помогали, особенно в начале. Конечно, приехать в незнакомый город и оказаться на улице...

— И помогли им стать известными...

И. — Ты так думаешь? Знаешь, как они работают? Сами тиражируют свои кассеты, дома у Саши Бурея, на двухкассетнике. Обложки перепечатывают на ксероксе. Минимум кассет они, конечно, продают. Во время концерта, я сам наблюдал, подошел человек и купил кассету "Эксгуматора". Точка у них тоже интересная: бывшая немецкая тюрьма, в которой много групп репетирует. И все ее камеры сдаются под репетиционную базу. Вот в одной из камер они и репетируют.

— И аппарат тюремный?

И. — Нет, аппарат каждая группа выставляет свой. Они уже приобрели аппаратуру — за два года ведь можно было что–то купить. В общем, звук у них более–менее нормальный. Единственное, что мне не понравилось, это отсутствие у ЭКСГУМАТОРА нового материала, они играют старые шесть песен, программу 1992–1994 годов. Ведь, как мне кажется, за два года пребывания в Бельгии можно было что–нибудь сделать. Тем более что у них есть постоянная репетиционная база и свободное время — никто из музыкантов не работает, учатся в школе языкам...

Слово "импортному" ЭКСГУМАТОРУ. Они сами дают оценку своего пребывания в Бельгии.

— Вы уже два года находитесь в Бельгии. Появились у вас за это время новые идеи?

Александр Бурей (А.) — Ну, открытий, в принципе, очень много. Ведь жизнь на Западе — это и есть открытие. Все знают, что за рубежом все намного серьезнее, но в то же время как бы и проще. Здесь нет каких–то определенных мерок, рамок. Тут можно заниматься всем, чем захочешь. И вот здесь происходит становление нас как музыкантов. Пытаемся делать что–то более–менее интересное. Вот отлабали несколько концертов, хотя я не могу похвастаться, что на них присутствовало несколько тысяч человек. Это нормальное явление, когда на твои концерты приходят 50–100 зрителей. В принципе, считается, что это уже хорошо. Конечно, мы пока не являемся очень крутыми в своем стиле, нам еще нужно много работать, чтобы чего–то добиться. Сейчас ЭКСГУМАТОР занимается физкультурой — сыгрывается. В принципе, конечный результат нас не интересует. Мы занимаемся музыкой не ради цели, а ради процесса. Я считаю, главное — то, что ты делаешь сейчас, а не то, что будешь делать потом.

— Юра, а тебе нравится то дело, которым ты сейчас занимаешься?

Юрий (Ю.) — Да, для меня это очень серьезно. Я очень рад, что мне так повезло. Может, мое мировоззрение помогло — я стал членом этого коллектива. Огромного...

И. — Я бы даже сказал — интернационального по внешним меркам.

Ю. — Надеюсь, я внесу свой вклад в эту группу... Здесь, в Бельгии, очень много различных религий, воззрений. Я их изучаю, общаясь с людьми, но сам не разделяю их, ведь любая платформа, плацдарм, религиозная основа стоят на крови и костях. Я для себя выбираю свободу и не считаю нашу музыку философией. К ней можно отнести музыку индейцев или аборигенов, потому что это действительная философия. А блэк–метал, может, и основан на философии, но я смотрю на нее как на музыку и не более.

— То есть для тебя это все несерьезно?

Ю. — Понимаешь, обычно для людей, которые этим занимаются, это все серьезно, их путь к истине. Для меня же это просто пейзаж, общество, в котором я живу. И я вижу музыку, искусство. Я вижу культуру, и мне этого достаточно.

— А... что же главное для тебя?

Ю. — Я считаю, что самое важное — не бросаться в крайности, учиться жить свободно. Чтобы не зависеть даже от себя.

А. — А я для минских наших фэнов сказал бы: каждому свое. Не могу посоветовать, следует кому–то ориентироваться на Запад или не стоит. Мне кажется, стоит ориентироваться на новое, прогрессивное. И все равно, где оно будет появляться — на Западе или на Востоке. Главное, чтобы были возможности для появления интересных групп.

— Послушай, а как ты относишься к тому, что сейчас существуют две группы под названием ЭКСГУМАТОР — одна в Минске, другая в Бельгии?

Павел "Круиз" (П.) — Я думаю, это даст больший толчок для корпорации ЭКСГУМАТОРА.

А. — Конечно, это хорошо. Ведь каждый должен быть на своем месте.

Послесловие Игоря Сельниченко:

— Я не знаю, имел ли право Саша называть так свою группу, ведь название и идею придумал я еще в 89 году . Основой команды были я и Антон, а Саша пришел, когда уже была записана первая программа "Wellcome And Die". А кроме того, ведь могут возникнуть недоразумения, так как у нас сейчас ведутся переговоры о выпуске программы на Западе под названием ЭКСГУМАТОР, а в это время и бельгийский ЭКСГУМАТОР будет играть под этим лейблом. Хотя стилистически наши группы играют по–разному. У них остался скоростной, более прямолинейный стиль, что–то сродни программе 1994 года, мы же ищем новые "фишки", просто не хотим останавливаться и постоянно играть песни 92–94 годов. А у них, как я понимаю, просто сейчас не идет творческий процесс, и они прикрываются такой ширмой, говоря, что нарабатывают материал, тренируются.

Катя МАЙ

© 2005 музыкальная газета