статья


Jonathan Fire Eater
о, декаданс!..

Stewart Lupton (вокал), Walter Martin (орган), Matt Barrick (ударные), Paul Maroon (гитара) и Thomas Frank (бас).

"Кто такие? Почему не знаю?" — такие вопросы задавали себе многие посетители британских клубов в 1997 году, возвращаясь с концертов JONATHAN FIRE EATER. Группа была очень хороша, и казалось странным, что раньше о ней никто ничего не слышал. Тем не менее американцы JONATHAN FIRE EATER уже успели к этому времени поиграть концерты с THE BREEDERS, THE CRAMPS, BOSS HOG и PORNO FOR PYROS, а в Британии выступали в разогреве у BLUR. "Парни, вы откуда?" — спрашивали любопытные британцы и получали ответ, который слегка ошарашивал: "Из Бруклина".

У себя дома JONATHAN FIRE EATER не смогли добиться столь теплого приема, как в Англии, хотя некоторой части американской молодежи хорошенько прочистили мозги своим неудержимым и своенравным звучанием. Однако успех все же пришел к ним по другую сторону Атлантики. Что же так проняло жителей Туманного Альбиона? Кто эти парни с алебастровым цветом лица и "модовскими" прическами, так похожие на дэнди в своих черных блейзерах и галстуках? Черт возьми! Они иногда так напоминают ROLLING STONES в своих зауженных книзу брюках! Мамы, запирайте своих дочерей на засов! Эти парни украдут их сердца, а попутно успеют похоронить рок–н–ролл.

Участники JONATHAN FIRE EATER знают друг друга лет с 10. Все они родом из Вашингтона и его окрестностей. Идея создать группу родилась у Стюарта и Уолтера, которые были лучшими друзьями, еще в школе. "Они были парнями, от которых одни неприятности, очень симпатичными снаружи, но совсем другими внутри. Все учителя их ненавидели. В пятом классе им даже запрещали тусоваться вместе", — говорит одноклассник Стюарта и Уолтера Том, который в то время еще не был их приятелем. Мысли о том, что уже пора начинать играть музыку, появились у Стюарта после того, как он познакомился в летнем лагере с Мэтом, и с тех пор все свободное от занятий время приятели проводили, играя в разных коллективах и в поисках интересных концертов. Примерно в это же время познакомились и Том с Полом, однако мало общались до того момента, пока второй не пригласил первого поиграть вместе в группе.

Так или иначе, но через год после окончания школы все нынешние участники JONATHAN FIRE EATER нашли друг друга в различных высших учебных заведениях Нью–Йорка. На первых порах парни репетировали в котельной одного из общежитий Колумбийского университета, однако через некоторое время поняли, что играть лучше на хорошем звуке, и стали подыскивать другие варианты.

С самого начала группа звучала странновато для Нью–Йорка и Америки в целом. Это не был грандж или какая–либо разновидность "кора". Это было вообще не экстремально, однако сыро, грязновато, развязно и энергично до потери пульса. Не испытывая особой любви к громким и устрашающим гитарным эффектам, JONATHAN FIRE EATER все свои усилия направили на создание определенной концепции, необычного имиджа, запоминающегося с первого раза. Совершенно отвязная манера Уолтера играть на своем добитом органе "Farfisa" создает неподражаемый фон для мелодий, словно кладбищенский туман окутывая слушателя. Кстати, о добитости инструментов. JONATHAN FIRE EATER просто тащатся от старых гитар, клавиш и прочих "штук", на которых можно играть. Но это не самое интересное. Когда вы поймете, что гитарист Пол Марун практически не использует процессоры и "примочки", то скорее всего зададитесь вопросом: откуда берется весь этот напор? Не говоря о том, что ритм–секция у группы что надо, гвоздем программы тем не менее всегда является Стюарт.

Знаете, в жизни он совершенно нормальный парень, но как только выходит на сцену, то сразу преображается. Таких театрализованных истерик уже давно не знала рок–музыка. Стюарт закрывает глаза и впадает в состояние, близкое к невротическому. Его голос часто срывается, из–под блейзера торчит рубашка, а он сам хватается за микрофонную стойку, словно ищет опору. Песня за песней — мрачноватые истории в духе Эдгара По о драгоценных камнях и могильщиках. Но вот концерт окончен. Стюарт открывает глаза и как будто только сейчас видит, что в зале есть зрители. О черт! Что тут было?! Он сходит со сцены уже совершенно нормальным, повергая присутствующих в зале в полнейшее изумление.

"Мне кажется, это восхитительно — рок–группа, которая может раскачать аудиторию без дисторшн или большого количества других примочек, — говорит Стюарт. — Как–нибудь вечером вы можете пойти в клуб и послушать там группу, и скорее всего вы забудете о ней сразу же после концерта. Мы же хотели, чтобы наши выступления были интереснее, чем обычные вечеринки. Для нас главным было не напугать зрителей громким звуком, а создать для них определенную атмосферу, настроение. Эта атмосфера должна была подходить для обычной семьи, которая просто как–то вечером выбралась на представление. Этого практически никто не делает сейчас. Большинство групп в основном занимается тем, что пугает людей". На самом деле, многие критики слегка понаезжали на JONATHAN FIRE EATER за некоторую мрачность. Однако поверьте, что в их музыке теплоты столько же, сколько и мрака, даже больше. Эти ребята постоянно говорят о том, что для них занятие музыкой — это и есть сама жизнь. Критики в своих статьях о группе часто упоминают слово "декаданс", и это неспроста. Вот что сказал об этом Стюарт: "Для меня декаданс — это когда ты сочиняешь песню и затем играешь ее с друзьями, которые выросли вместе с тобой, и превращаешь ее в нечто потенциально прекрасное и опасное. Ты просто бросаешься без оглядки в эту ауру и эстетику, которую сам создаешь. И когда это начинает превалировать над сознанием того, что и как ты делаешь, когда все границы стираются и ты забываешь о своих комплексах и просто делаешь это, тогда это декаданс, так, как я его понимаю".

Итак, они живут на сцене. Играют свои роли, творят другую реальность. "Самое замечательное в работе артиста заключается в том, что настроение, которое ты создал, каждый вечер можно менять, — говорит Стюарт. — И если ты достаточно эгоистичен, то это настроение каждый раз будет совпадать с твоим собственным... Каждая песня — это как отдельная комната в доме, которой соответствует особенное настроение. И в неудачный вечер этот дом превращается в самую ужасную гостиницу".

Первую запись JONATHAN FIRE EATER под одноименным названием практически никто не заметил. Зато после выпуска в 1996 году EP "Tremble Under Boom Lights" стали появляться заметки, в основном хвалебные, однако сетовавшие на то, группе не удалось в студии создать такую же неповторимую атмосферу, как на своих концертах. Их дебютный альбом, записанный на лейбле DreamWorks, который, кстати говоря, принадлежит Стивену Спилбергу, получился на редкость удачным. "Wolf Songs For Lambs" записан весьма сыро, и местами звучит как концерт, поэтому атмосфера, которая царит во время "живых" выступлений группы, передана практически один в один. О том, почему альбом имеет такое название — "Волчьи песни для овец", Стюарт рассказывает вот что: "Знаете, почти всегда в одном человеке одновременно уживаются несколько разных характеров. Это название говорит о том, что нужно задумываться над разными проявлениями своей личности. Мы все наполовину овцы, наполовину волки, что–то вроде овцовых волков. Очень интересно наблюдать за тем, как они уживаются вместе".

Итак, не пропустите JONATHAN FIRE EATER, потому что рано или поздно они вам еще аукнутся (или откликнутся?). Эти парни по–настоящему любят музыку, и если вы такие же, то вперед — слушайте их, и они предстанут перед вами во всей красе. "Музыка более непосредственна, чем что–либо другое, более волнующа. Знаете, книга "Улисс" просто невероятна, но это всего лишь книга, которую нужно читать, сидя в кресле. Ничто не вызывает у меня таких эмоций, как музыка. Это воздействие невозможно объяснить. Если во время прослушивания песни вас вдруг бросает в дрожь, это уже нечто из области психологии", — говорит Стюарт.

Что ж, случай, похоже, клинический. Незаметно присоединяйтесь, и вам ничего за это не будет. Это я вам говорю, как врач.

K.S.

© 2005 музыкальная газета