статья


День Радио
Первый радиоэфир

Вы в курсе, что буквально на днях наступила на Беларусь повальная радиофикация? Радио теперь не роскошь, а средство передвижения: в характеристиках машин указывается точное количество условных единиц звучащей музыки на один километр. И не поедет уважающий себя водитель без умиротворяющего, такого родного, славного, направляющего своей муз. образованностью голоса ди-джея. В общем, чей-то хорошо подвешенный язык стал частью гармонии дорожного движения.

Сегодня у нас те, чьих лиц не видел никто (ну... почти “никто”), но чьи голоса остаются знакомыми даже в самом сюрреальном сне. Итак, на ближайшем сантиметраже дороги этой страницы их воспоминания (количеством в 12 условных единиц). Начинаем.

Лявон Вольский (группа Н.Р.М., радиостанция “Белорусская молодежная”, “Радио 101,2”):

— Первый мой эфир на радио был связан с радиостанцией “Белорусская молодежная”, которую в 1993 году вновь открыл Виталий Семашко. Я тогда имел определенное отношение к авангардным художникам и сам к тому же получил художественное образование. Поэтому Виталий предложил мне делать программу об авангардном искусстве “квадратура какого-то там круга”, я теперь уже точно не помню название. Тем более что позже оно сократилось до “Квадракола”. Тогда программа задумывалась как проблемная — для обозрения искусства, решения каких-то вопросов. Первый свой эфир я провел с Сергеем Ромашевским — художником-монументалистом, который в то время работал на Белосточчине. Месяц спустя “Квадракола” превратилась в мистически-иронически-юмористическую программу. Я в гости приглашал марсианского шпиона, был у меня и человек-холодильник... Теперь я бы воссоздал эту программу, но уже в телеварианте. “Квадракола” последнего приготовления была бы еще более ерническая. Но пока в белорусском телеэфире для подобной передачи нет места. Да и в моей жизни тоже...

Артем Лосовский (группа НЬЮ ДЖЕК СИТИ, радиостанция “МИР”):

— Как сейчас помню, первый эфир свой я провел вместе с Мишей Сенкевичем где-то в начале июля 1997 года, в первую субботу после открытия радиостанции “МИР”. Вообще мы хотели подготовиться к эфиру, но потом решили, что на это уйдет слишком много времени. Подумали: сможем провести его и без подготовки. И вот 9 утра, суббота, Миша настроил слушателей на хороший тон, тут доходит очередь до информационного блока. Первым стал рассказ о собаках-убийцах. Мы сами не ожидали, что подобная информация будет первой. Пришлось выкручиваться: говорить, что такие собаки живут исключительно в Англии... Короче, это был не дебют, а громадный провал длиной в 7 часов. А после следующего эфира, который был назван нами “Охотой на слонов” и на который был приглашен популярный телеведущий Егор Хрусталев. Помню, говорили о его творчестве. Начался эфир с песни — по-моему, это была композиция “От улыбки хмурый день...”, которую спел наш гость, — и с моих слов: “Егор, с древнегреческого твое имя переводится как “землекопатель”. Почему же ты не работаешь по своей специальности?” В общем, так мы стебались весь эфир. Меня отстранили от работы ведущего. И только в октябре, когда я, так сказать, осознал свои ошибки и исправился, мой голос опять вернули в эфир.

Сергей Прохоров (ди-джей “Радио Рокс”):

— Первое мое появление на FM-диапазоне произошло 15 июля 1993 года. Я ездил в какую-то командировку, с которой вернулся лишь за день до прослушивания на радио. Пришел неподготовленный, прочитал там какой-то текст, волновался жутко и в итоге облажался. Но меня “отобрали”: назначили испытательный срок и дали провести дневной эфир. (На радио где-то в два часа есть специальная трехчасовая смена для начинающих. Ее мне и дали). Я пришел часа за четыре до своего эфира. Помню, время тогда как-то ненормально двигалось: я каждую секунду смотрел на часы и удивлялся, что времени остается все меньше. А потом я как будто провалился... Во время эфира и после него ко мне подходили люди, хвалили, но сам я об эфире ничего сказать не могу — меня на нем как будто не было, ничего не помню. Это было испытание на умение говорить, на умение переходить от одной композиции к другой. Через пару дней приехал директор радиостанции и сказал, что я прошел испытательный срок и взят на работу. Это несмотря на мой нерадийный голос. Хотя тут уж решать слушателям — им же, в конце концов, мучаться.

Итак, представленные вашему не как обычно слуху, а глазу воспоминания больше похожи на обмен опытом. Давайте будем считать, что вы только присутствовали на курсах повышения квалификации, которые имели место быть на одной из трибун “Гайд-парка”. В следующий раз на этой же трибуне — новые ораторы. Встретимся.

Катя МАЙ

© 2005 музыкальная газета