статья


Новае Неба
Кася Камоцкая под извечно новым небом...

mg80201.jpg (7606 bytes)

Помните, у Цветаевой: "Бог, не суди, ты не был женщиной на Земле..." И как бы ни судили, ни рядили различные злопыхатели ту, которая является признанным мэтром отечественного рока, а все же необходимо отдать ей должное — Кася Камоцкая сегодня столь же полна творческой энергии, как и десять лет назад. А ее группа НОВАЕ НЕБА по–прежнему неустанно борется за место под солнцем и в сердцах слушателей.

— Женщина в роке. В чем, по–твоему, особенности этого явления? И не теряется ли женственность от того, что доводится заниматься подобным делом?

— Ни в коем случае. Ничего не должно теряться. Просто на женщину в данной ситуации ложится немалая ответственность, да и вообще женщине по жизни предстоит нести больший груз ответственности, нежели мужчине. Она и продолжательница рода, и более разумна, чем мужчина...

— Но, наверное, женщине сложнее самоутверждаться?

— Я так не думаю. Каждому, кто выбрал свой путь, тяжело по–своему. На любой дороге встречаются препятствия.

— Когда ты удостаивалась звания "Рок–княжны" на традиционных "коронациях", какие чувства это вызывало?

— Это фактически было не моей победой, а скорее свидетельством недостаточной развитости белорусской рок–сцены, когда отсутствует нормальное количество рок–певиц, а титулы раздаются постольку поскольку...

— А как ты оцениваешь родившиеся не так давно группы HASTA LA FILLSTA, THE RAVENS и другие, где в центре внимания находятся представительницы прекрасного пола?

— Прекрасно. Я всегда очень радуюсь, когда появляется группа с женским вокалом, потому как убеждена, что сейчас началась эпоха женского рока. И это хорошо, ведь женский рок по сути своей более созидательный и жизнеутверждающий.

— Первый концерт, очевидно, как и первая любовь — незабываем. Ты помнишь ту атмосферу, которая царила во время твоего первого выступления? Как это вообще происходило?

— Это было в ДК железнодорожников лет восемь назад. Я помню только страх и полное отсутствие уверенности в себе. Это не очень–то приятно, ведь человек, выходящий на сцену, должен верить в себя, уметь себя преподнести и установить контакт с публикой.

— Пару слов о группе НОВАЕ НЕБА, о ваших творческих задумках.

— Во–первых, я хочу сказать спасибо тем, кто сейчас со мной работает: это замечательные люди. Во–вторых, реализация всех наших задумок зависит от нас. И пока не будем раскрывать карты.

— Нередко доводится слышать о тебе не слишком лестные высказывания. Мол, Кася сама по себе мало что представляет — текстов не пишет, играть и петь толком не умеет. Не обидно, когда сталкиваешься с такими откликами о себе?

— Нет, я реагирую нормально на подобные вещи. Да, я не пишу текстов, но считаю, что суметь собрать около себя первоклассных музыкантов — это уже немало. Критика меня вовсе не угнетает. Наверное, она необходима.

— О чем ты будешь петь лет в сорок?

— Надеюсь, что наше государство даст мне возможность хоть в сорок лет петь песни о любви. Я всю жизнь мечтала об этом, но когда мне было лет 17–18, я просто вынуждена была запеть совсем о другом.

— В тот период, когда ты была "начинающей", идея национального возрождения являлась довольно популярной и, можно даже сказать, модной. Белорусскоязычная рок–музыка находилась на подъеме, а сейчас, по всей видимости, она в явном "дауне". Может быть, "золотой век" белорусского рок–н–ролла уже прошел?

— Скорее он еще не наступил. И потом при нормальной рекламе концертов я замечаю, что разница между тем, что было лет 6–7 назад, и тем, что есть сейчас, очень большая. Среди молодежи наметился рост интереса к музыке. Есть люди, понимающие и ценящие то, что я стараюсь до них донести. Это меня очень поддерживает и вдохновляет.

— В чем самое большое твое разочарование, если оно было?

— Да, было. Это предательство друзей.

— У известного нашего поэта Алеся Рязанова есть такая фраза: "Когда искусство — это искусство, то оно и политика, а когда искусство — политика, тогда оно и не политика, и не искусство". Ты разделяешь это мнение?

— Я согласна с такой позицией, и мне ни в коей мере не хотелось бы, чтобы мое творчество воспринималось как политика. Я стремлюсь к тому, чтобы люди, приходящие на наши концерты, воспринимали мои идеи сквозь призму художественных образов и через музыку, а не просто посредством каких–то лозунгов. Конечно, хотелось бы измениться, поменять тематику песен, но в ближайшее время это вряд ли произойдет, потому что все происходящее вокруг тебя так или иначе находит свое отражение в творчестве.

— Ты веришь в судьбу, в то, что у творческих людей особая миссия на этой Земле?

— Вообще–то я не фаталистка. По–моему, человек сам волен избирать свой путь и делать то, что ему хочется, если, конечно, это не противоречит воле божьей.

— Если бы не рок–музыка, во что иное ты стала бы вкладывать силы?

— Ни во что. Вероятно, музыка — единственный выход для меня. Все то, чем я занималась раньше — социология, история, — было довольно интересно, но оно как бы не слишком затрагивало фибры моей души. Я не думаю, что моя деятельность — это какое–то особенное предназначение. Это просто то, что надо делать, вот и все.

— Мне кажется, у большинства белорусских меломанов в мозгу прочно засела диада: Кася Камоцкая и Лявон Вольский, которые едины, словно Ленин и партия. Как сейчас складываются ваши творческие и личные взаимоотношения?

— Дело в том, что любая группа, и НОВАЕ НЕБА в частности, не может долго находиться в одном и том же состоянии. Рано или поздно должны были начаться какие–то преобразования. Насчет Лявона я могу сказать только одно: мы с ним прошли долгий путь, сделали все, что смогли, теперь каждый идет своей дорогой. Это нормально и абсолютно порядочно и с той, и с другой стороны. А что там дальше будет, жизнь покажет.

— Чем заполняется твое свободное время?

— Я очень люблю спать.

— А твое хобби, очевидно,– кошки?

— Это уже даже не хобби, а судьба. У меня живут четыре кошки и две собаки. Всех их я подобрала на улице — жалко мне их было, понимаешь...

— Твоей дочери нравятся песни группы НОВАЕ НЕБА?

— Ей сейчас 12 лет, и я не могу сказать, что она очень любит мои песни. Это для нее вроде обязанности — знакомиться с творчеством мамы.

— Какую черту своего характера ты считаешь самой лучшей?

— Искренность и неспособность утаивать правду. В роке, пожалуй, все крутится именно вокруг искренности. Это как основа, без нее невозможно делать что–то достойное.

— Ты на небо любишь смотреть? В какое время суток оно тебе больше нравится?

— Небо всегда новое, и смотреть на него интересно в любой момент времени. Иногда мне страшно на него смотреть, потому что небо — великая тайна. Когда наблюдаешь за небом, у тебя в душе словно что–то открывается. Поэтому, хотя название нашей группы было случайным, на мой взгляд, оно весьма удачное.

Мне всегда казалось, что если бы я была художником, то непременно начала бы рисовать небо, поскольку оно никогда не перестает удивлять своей неповторимостью. НОВАЕ НЕБА тоже способно удивлять. Кто не верит — пусть проверит.

Ирина ШУМСКАЯ

© 2005 музыкальная газета