дома


Мумий Тролль
Если историю переписывают...

(Окончание. Начало в№42 "МГ".)

...время выйдет за край и оставит меня время словно незнает что такое мечта... ты живи чтобы жить а ищи что искать высоко в небесахгде одни небеса время хватит на всех... (Обладатели подлинного компакт–диска"Морская" НЕ удивятся, НЕ увидев в строках текстов во вкладышени одной заглавной буквы, ни одной запятой и точки! Как знать, может этосохранение — "мумизация" — стиля рукописей? По поводу текстовИлья как–то сказал, что писать их гораздо удобнее графитовыми карандашами:вдруг что–то не так — есть ластик, которым можно стереть лишнее. А самыестрашные муки творчества — не найти под рукой вовремя лист бумаги, карандашили гитару.)

Л.: — Когда вы так резко ворвались в круги наших именитыхотечественных музыкантов, как они отнеслись к тому, что им пришлось потесниться,как проходит общение с ними?

И.: — Мы не врывались, мы этак бочком вошли. Касательночисто человеческих отношений, на данное время у нас есть круг друзей–музыкантов.В Москве это СВИНЦОВЫЙ ТУМАН — мы с ними друзья и без музыки. Хотя у насособо нет времени общаться. Люди, с которыми мы до сих пор общаемся, —друзья десятилетней давности. Чем дальше, тем труднее приобретать новых.Ставишь какие–то тесты для потенциальных друзей, пропускаешь через какие–тофильтры, ожидаешь какого–то подвоха. В конце концов все само как–то решается;если человек хороший, то он хороший! Просто сейчас редки встречи в непринужденнойобстановке.

Л.: — Перед визитом в Минск вы выступали в Питере. С кем–тоиз старых или новоприобретенных друзей ты тоже не успел повидаться?

И.: — К сожалению, за эти дни у нас вообще не было временини с кем пообщаться, кроме членов группы, водителей автобусов, людей совстречающей стороны. Даже с подушками в гостинице увидеться не довелось,потому как мы приезжали днем, уезжали ночью; спали мы в автобусных креслах.

Л.: — Как, на твой самокритичный взгляд, вы отыграли пятьпитерских концертов?

И.:– Единственное негативное впечатление — нам приходилосьвыступать там наездами. То есть в Питере мы были не несколько дней подряд,мы уезжали, приезжали, уезжали, опять возвращались. Отыграв первый деньв Питере, на следующий день выступали в Риге, потом мы снова играли в Питере,уехали в Москву, потом опять Питер! Все эти передвижения... Мне нравитсяэтот город, мне нравится возвращаться в него. У меня с ним связана массатеплых воспоминаний...

Л.: — Каких?

И.: — Всяких личных... Я вам не расскажу...

Л.: — Расскажи мне что–нибудь, о чем тебя не спрашивалижурналисты.

И.: — О чем меня не спрашивали журналисты? О музыке...

Мне почему–то не хотелось просить Илью поделиться своиммнением о творчестве других музыкантов — пусть сами за себя отдуваются,за свои музыкальные грезы. Не к месту казалось и упоминание о его кумирахв музыке и об их тайном влиянии на мелодический строй композиций МУМИЙТРОЛЛЯ . Касательно музыки этой группы, зачем лишний раз о ней говорить,по нотам расчленять, что ли? Ее следует слушать и понимать. А пониманиеочень часто возникает лишь тогда, когда соприкоснешься с личными историямииз биографии авторов песен, их сентиментальными переживаниями, радостьюили "слезами" бытия. Тогда начинаешь осознавать, как так получается,что общие для многих людей радости и невзгоды в Его, конкретного творца,огранке превращаются в ценные вещи. Почему другим смертным с подобнымичувствами не дано их "оформить" так, чтоб их подхватили от Владивостокадо Прибалтики? Единственное, о чем "свербило"...:

Л.: — Свой диск ты часто слушаешь?

И.: — Почти не слушаю, мне хватает этого при создании.После всех технических процессов записи месяц не хочется его слушать. Уженаизусть знаешь, что будет дальше, каждый "клочок", шумок, "стучок".Это воспроизводится в голове без предварительного прослушивания. Правда,недавно я поставил наш первый альбом "Морская", и мне понравилось.

...У некоторых, пообщавшихся с Ильей, откровенно говоря,складывается впечатление, что этому человеку нравится все на свете. Заисключением кое–каких вопросов журналистов. И то реагирует он на них добройулыбкой, чуть отстраняя собеседника на определенную дистанцию своими "размытыми"ответами. "... И вообще я считаю себя и всех участников нашей группыдобрыми, нежными, каких свет еще не видел, и очень ласковыми!" — заявилИлья перед выступлением в минском клубе "Реактор" собравшимсяна пресс–конференцию журналистам. Говорят, таким он остался с детства,а жизненный маршрут Москва–Владивосток–Шанхай–Лондон (упомя-нем снова Москву)не только не приглушил эти черты характера, но и придал им насыщенность.

...вода отравится погаснет свет утихнет звук к тебе ябольше не вернусь ты мне не друг уходим уходим уходим наступят временапочище... ("Владивосток 2000"). (Коль подразумевать под словами"к тебе" именно этот город, то "пророчеству" не сужденобыло сбыться. От Владивостока не уйти, не уехать. Он не отпустит до техпор, пока будут исполняться песни, написанные в нем, пока будут живы участникии свидетели песенных сюжетов).

Л.: — Родители так и живут во Владивостоке?

И.: — Нет, у моей мамы своя личная жизнь с моей сестрой,отчимом. У них счастливая семья. Мы реденько встречаемся, они тоже оченьмного путешествуют, поэтому раз в несколько лет мы где–нибудь пересекаемся.

Л.: — Как твоя мама воспринимает смысл текстов твоих песен?

И.: — Мама всегда воспринимает своего сына хорошо. И ябы воспринимал своего ребенка как ребенка, а не как какого–то исполнителя.

Л.: — У тебя есть сын?

И.: — Да, Игорю девять лет.

Л.: — Ой, может об этом не стоит?

И.: — Я тоже так думаю, не самая лучшая тема для разговора...

Л.: — Некоторые, заметив, что обручальное кольцо ты носишьна большом пальце, решили, что ты напрочь лишен суеверия...

И.: — Я просто не слышал о каких–то тяжелых последствиях,если человек носит обручальное кольцо не на безымянном пальце. Вот какчерная кошка мне дорогу перебежит, я сворачиваю в сторону!

Напрасно, ведь настоящие Тролли не должны бояться ни черныхкотов, ни, как помнится из сказок, морских каракатиц, ни Морры, ни комет,ни волшебника с красными глазами и в белых перчатках!

Игорь БУБЕННИКОВ

© 2005 музыкальная газета