дома


ДДТ
Вадим Курылев о ДДТ и немного о Булавке для бабочки

Вадиму Курылеву, музыканту группы ДДТ, тридцать тригода, он петербуржец и, как утверждает, обычный человек. Кроме работы визвестной группе, за последние неполных десять лет им записано три сольныхальбома. 1988 —– магнито–альбом "Тусклое солнце", 1990 — "Никто",вышедший позднее на виниловой пластинке, 1996 — "Булавка для бабочки",который весной 1997 года увидел свет уже на компакт–диске. Кто–то называетего рыцарем печального образа. А все началось давным–давно...

— Время такое было —– все увлекались музыкой. Лет в двенадцатьи со мной это произошло. Сначала, как и все, слушал THE BEATLES, ну, апотом все, что выходило. Стал пробовать играть на гитаре. В моей историинет ничего интересного, так было у всех.

— Как ты оказался в ДДТ?

— А что в этом удивительного? Так судьба распорядилась.Когда Юрий Шевчук приехал в Питер, то вместе с Женей Мочуловым (прим. автора—– ныне директор "Театра ДДТ") они стали собирать группу. Нашлименя через знакомого знакомого. Мне позвонили и сказали, что ДДТ набираетмузыкантов. Я тогда мало что знал о них. Был слушок о группе из Уфы. Посколькув те годы я не был очень близок к рок–клубовской тусовке, то просто неслышал этих записей, а предложение меня заинтересовало. Мне дали два альбома"Периферия" и "Время"; "Периферия" мне непонравилась, а "Время" понравилось. Я прослушал первую сторонукассеты и расстроился, а послушал вторую —– ничего... Потом ко мне домойпришел Юра. Это был 1986 год.

— До ДДТ ты где–нибудь играл?

— Конечно, играл. В школе даже была какая–то группа, нокак–то ненадолго этого хватало.

— Ты доволен все–таки тем, как распорядилась судьба?

— Сложно сказать. Есть ли ощущение, что жизнь удалась?Состоявшимся я себя не чувствую.

— А правду говорят, что на записи в студии ты играешьза всех музыкантов ДДТ?

— Не за всех, но бывает такое, что я записываю гитарныепартии. Приходилось и бас–гитару в руки брать. Но это не потому, что якакой–то суперталантливый, а просто иногда нужно было что–то еще другое,что для гитаристов, которые играли в ДДТ, было чуждо. Ну, не знали, допустим,они какую–то музыкальную стилистику. ДДТ —– группа эклектичная, в музыкеразностилье, постоянно нужно то одно, то совершенно другое. А я, естественно,не только на бас–гитаре умею играть. То, что я мог сыграть на гитаре, какраз подходило ко многим песням.

— Ты доволен последним альбомом ДДТ "Любовь"?

— Там есть много хороших задумок и стремление что–то сделать.На этой записи мы поставили себя в экстремальные условия. В таких жесткихвременных рамках мы никогда не работали. Раньше все переписывали по стораз, это была муторная и тяжелая работа. Мы могли прерваться на неделю,потом что–то переделать, а здесь был только месяц. Приехали и записали.Половина вещей переделывалась на месте. Этот альбом вполне можно назватьэкспериментальным. Наверное, группа ДДТ может себе это позволить.

— Почему музыкант ДДТ выпускает сольные альбомы?

— Как только я научился брать первые два аккорда, ужепытался сочинять песни. Много времени этому никогда не уделял, но иногдадля души, как говорится. И когда была возможность, я записывал. Не всеже люди пишут песни. Даже те, кто занимается сочинительством, далеко невсегда решаются показать это людям. И мне приходится перешагивать, перелезатьчерез какой–то барьер, что на самом деле очень тяжело. Закомплексованностьтипа "а вдруг это не нужно никому", "зачем позориться"...Но иначе ты никогда ничего своего не сделаешь, а мне всегда хотелось. Идаже с 1991 по 1996 год, когда я не выпускал своих альбомов, а играл сДУБАМИ–КОЛДУНАМИ, за это время вышло два их компакта.

Просто, когда я пришел в ДДТ, уже было ясно, что нужноделать. Было несколько альбомов, наблюдалось что–то конкретно оформленное,Юра был уже зрелой, состоявшейся творческой личностью. Естественно, мысобрались делать его материал. Необходимо было отдавать только то, чтонужно здесь для создания определенного результата. И у меня всегда оставалосьмного невостребованного, того, что я могу и хочу сделать, но что ДДТ ненужно. Не потому, что меня ущемляют —– просто это не нужно, мы все этопонимаем. А кто не очень хорошо понимал, тот и "отвалился" походу.

— Как записывался твой альбом?

— Я записывал его на нашей студии (прим. автора —– студия"Театра ДДТ"). Было несколько попыток начать: то меня в расписаниисмещали другие группы, то нужно было ехать на гастроли с ДДТ. В конце концов,когда в прошлом году у ДДТ случился отпуск с середины июля по сентябрь,я, пожертвовав своим отдыхом, сел на студии с Мурзиком (прим. автора —–Андрей Муратов) и Женей Левиным. Это была нормальная работа изо дня в день,без всякой дерготни, никто не мешал. Хотя мне не нравится, как я спел некоторыепесни на альбоме —– просто не хватило опыта и сил, чтобы собраться и спетькак надо. Я все–таки вокалист–любитель.

— Песня "Мой поезд" из альбома "Булавкадля бабочки" мне напоминает одну из композиций Игги Попа.

— Всем напоминает. Эту песню я пробовал делать и так иэдак, но именно в таком виде она лучше всего прозвучала. Поэтому я и решился.Я знал, что будет на что–то похоже. Много песен, напоминающих этого несчастного"Passenger". Рок–музыке уже столько лет, что не может быть, чтобычто–то не повторялось. Естественно, используется огромное количество старыхприемов, перенесенных на новую почву с новой подачей и новым подходом.Я просто понадеялся, что мне удастся отойти от игги–поповской формы, но,видимо, это не очень удалось. В альбоме я старался выдержать строгий стильв определенной канве.

— Ты будешь выступать с сольной программой?

— Честно говоря, не знаю. Может быть, в акустике, но тольконе один. Я не бард, не поэт, чтобы отбомбить целую программу под гитару.У меня не такие сильные тексты, чтобы заинтересовать публику. У нас с АндреемВасильевым (прим. автора —– гитарист ДДТ) есть мысль по поводу моей акустическойпрограммы в две гитары. Но поскольку нет временного ограничения, то неизвестно, когда это произойдет.

— Однако сам факт выхода нового альбома для тебя что–тозначит?

— Для меня это освобождение от того материала, который,наконец, записан. Я не очень плодовитый автор, мягко говоря. И когда песниживут незаписанными, у меня ничего иного не идет. Я сбросил этот груз свыходом альбома. А так можно менять свои песни до бесконечности, пока невыпустишь пластинку. Нужно было этому рукой помахать и делать что–то новое.Слушая альбом "Булавка для бабочки" сейчас, я понимаю, что человек,которому за тридцать, не должен был такие песни писать. Но дело в том,что почти все песни были написаны мной раньше, когда мне было 26, 27 и28.

— Откуда эта стилистика оформления альбома, девочка–бабочкана обложке и все остальное?

— Девочка–бабочка —– из клипа. В оформлении альбома воплотиласьидея нашего художника Володи Дворника. Это то, как он меня увидел и услышал.Я даже не вмешивался, чтобы он чувствовал себя свободным в творчестве исделал так, как ему нравится. Я музыкант, а он художник. Можно и в обложкеи в самом альбоме всегда что–то менять до бесконечности, тогда стоит всюжизнь угробить на создание одного шедевра, а мы работаем в более легкомжанре.

Анастасия ГРИЦАЙ

© 2005 музыкальная газета