дома


Лоза, Юрий
А был ли ПРИМУС?

К ак же все-таки приятно разговаривать журналисту сословоохотливым собеседником. Ни тебе наводящих вопросов, ни каверзных намеков,только едва тронул чуть больное место или заговорил о предмете, безумномилом сердцу визави, — и моментально получаешь исчерпывающий комментарий,зачастую затрагивающий темы настолько «сопредельные» предмету разговора,что просто начинаешь в душе довольно потирать руки. Обожаю таких людей!

Юрий Лоза — из их числа. За словом в карман не лезет,«поливает» в открытую всех тех, кого, по его мнению, стоит освежить, ябы даже сказал — освежевать («Но и я оставляю за другими возможность говоритьобо мне все, что им вздумается»), при всем при том горячо любя себя — талантливогои объективного. Последнее достоинство для него стоит на одном из первыхмест среди остальных человеческих «слабостей»: «Я не знаю, сколько денег«влили» в Линду — звучит она везде, я вижу ее в каждой дырке, смотрю наее дорогостоящие клипы, — но соответствующего денежного ответа она не получает.Или Лена Зосимова, на которую тратятся тысячи долларов, а результат выходиткопеечный. Или Салтыкова — певица без слуха и голоса. Продюсеру не нужныталантливые люди, с ними труднее работать, а потому они занимаются раскруткойбездарностей. Например, Бари Алибасов. Ему сложно приходилось с группойИНТЕГРАЛ в пору моей работы в коллективе, каждый из нас был человеком самостоятельным,единицей творческой, требующей творческого же отношения к себе. Конечно,проще взять ничего не умеющих периферийных мальчиков».

Короче говоря, очень практичен и правилен Юрий, изрекающийочень правильные и мудрые слова, которые далеко не в каждой книжке прочитаешь:«Вера — это очень узко. Ни одна доктрина ничего конкретно не объясняет...Каждый человек должен прожить СВОЮ жизнь и наделать в ней своих ошибок».При общении с Лозой меня не оставляло смутное ощущение, что он обладаетпрекрасными качествами — умением слушать себя со стороны и использованиемв разговоре с журналистом заранее подготовленных и отточенных до совершенствадомашних заготовок. Иначе откуда брались вычищенные до запятой формулировкио всевозможных вещах, причем даже тогда, когда было видно, что прозвучавшийвопрос для него является не стандартной журналистской «находкой», которых,чего греха таить, тоже хватало. Но лично мне хотелось еще раз услышатьот артиста собственные версии различных событий, ведь для некоторых музыкантовэкскурс в прошлое — факт отрадный: значит, помнят, значит, не забыли.

— Ваш первый сольный альбом «Путешествие в рок-н-ролл»,ставший приятнейшим подарком для большой части поклонников жанра, помимовполне прогнозируемой скандальности, вытекающий из текстов песен, не рекомендуемыхдля прослушивания на официальной эстраде начала 80-х годов, оказался таковыми по причине его «авторства». Вы утверждали, что он — исключительно вашапрерогатива, Ярослав Ангелюк, руководитель группы ПРИМУС, говорил о совместнойработе над ним Ю. Лозы и своего коллектива, да и по стране магнитофоннаязапись разошлась как продукция ПРИМУСа. В чем же там было дело?

— Как таковой группы ПРИМУС на тот момент не существовало.В Подмосковье имелась репетиционная точка с новыми по тому времени длянашей страны инструментами — музыкальными игрушками типа электронных барабанови секвенсоров, на которой сидели некие музыканты и разучивали какую-тоанглоязычную программу из 2-3 песен. И в отсутствии их главного человека,Славки Ангелюка, когда им особо нечего было делать, я, по быстрому освоиввсе эти игрушки, записал с десяток своих композиций и показал друзьям.И что из этого получилось? В начало пленки питомцы Ангелюка подклеили слова«для вас поет свои песни группа ПРИМУС» и отнесли в самиздат, хотя самииз всего имевшегося на альбоме материала могли исполнить лишь некую “квадратно-структурную”музыку. Я попытался все развернуть назад, но ничего не получилось.

— Пожалуй, самой хитовой на альбоме оказалась песня «Девочкав баре» (в которой ее герой делится впечатлениями от увиденного в ночномбаре), вызвавшая полемику на предмет ее текстовой основы аж на телевидении.Какие девочки ходят в бары сейчас?

— Не знаю, я в баре не был лет сто. Я не хожу ни в них,ни в рестораны. Мне там скучно и сильно лупит по башке музыка. А потому,как правило, я нахожусь дома на своем любимом диване с двумя котами, имне с ними замечательно. С сыном ходим на тренировки, много разговариваем.

— Что случилось с музыкантами ансамбля ИНТЕГРАЛ, ставшимив разной степени знаменитыми в российской рок-музыке?

— Никто из артистов группы состава конца 70-х — начала80-х, кроме Лозы, не стал широко известен... Игорь Сандлер торгует молоком,у него в Москве есть своя фирма. Прекрасно себя чувствует, ездит на красивоймашине, в которой он так это авторитетно сидит. Игорь Борисович... Такойже лысый... По-моему, ему хорошо.

К музыкантам, не первый и не второй год играющим рок-н-ролл,живущим только им (последнее в большей степени применительно к российскимрок-н-ролльщикам), отношение у Юрия особое. «Неужели вы думаете, что ДжерриЛи Льюис, Чак Берри — это сегодня интересно? Выходят на сцену старые деды,пердят и делают то, что делали в детстве. Человек должен изменяться, иначеон просто-напросто считается тупым... Я знаю две наши группы — ОЛОВЯННЫЕСОЛДАТИКИ и СТАРАЯ ГВАРДИЯ, которые живут той же рок-н-ролльной жизнью,какой жили двадцать лет назад. Все это конечно, хорошо, но потом он приходитко мне и занимает денег, потому что жить не на что, и от него уходит втораяжена. Она ему говорила-говорила «Иди, трудись», а он сидит, играет...»

— Песни Юрия Лозы — для души или все же, бывает иногда,и для денег?

— Для Лозы, в первую очередь. Саша Розенбаум, когда мыработали в саратовской филармонии, как-то обронил хорошую фразу в ответна то, что кто-то ему сказал о негативной реакции начальства на его песнии вообще, что те произведения, которые хочется исполнять, всякие инстанциине позволяют это делать. Он ответил так: «Главное, чтобы себе понравилось».Я стараюсь все делать только так.

— Не реализовавшийся в профессиональном футболе Лоза,нашел себе забаву в виде сборной звезд российской эстрады...

— Только не надо путать настоящий футбол и «эстрадный»,как иногда делают некоторые мои коллеги, с которыми я выхожу на поле. Ониимеют к нему отношение постольку поскольку. Для основное массы артистовнаши взаправдашние игры — скорее возможность пообщаться, причем мы говоримисключительно на темы спортивные, не связанные с музыкой, — это табу. Иначевсе может превратиться в пачкание друг друга или мазание слез о плечо.Мы сидим себе в баньках после матчей-концертов, разговариваем о футболе...Такие встречи сохраняют какой-то круг приятных знакомых на эстраде. Скажем,Славке Малежику, исполнилось сейчас пятьдесят лет, и мы, семь человек изкоманды, разучили и исполнили для него его же песню, сделали, наверное,приятное. Потом, для кого-то это и возможность заработать немножко денег:мы играем 4-5 коммерческих матча в год, и людям, практически не зарабатывающим,находящимся во втором эшелоне нашей эстрады, все-таки кое-что и перепадает.

Профессионализм для Юрия понятие не пустое. Он строг инепреклонен ко всем проявлениям воинствующего дилетантизма, даже в техлюдям, кто казалось бы работает в смежных с ним видах искусства. «Все эстрадныеартисты, которые пытались сыграть в театре или кино, — делали это плохо.И наоборот. Какой Караченцев певец? На него, когда он поет, смотреть безслез невозможно. Человек с театральной дикцией, едва начав петь в микрофон,заплевывает его на первой минуте. У меня на студии записывалась Ирина Мирошниченко:мне приходилось ставить восемь приборов, чтобы убрать букву «с», а микрофоныпрятать под десятью тряпками... Драматический артист, произнося по театральномубукву «п», делает это так, чтобы его слышали в семнадцатом ряду, а я еепроизношу в себя...»

— Есть такие музыканты, которых вы хотели бы записатьв своей студии?

— Пожалуй, да.

— Мы их знаем?

— Питер Гэбриэл, Принс... На российской же эстраде мнеабсолютно ничего не интересно. Поймите меня правильно, я не такой уж сноб,но российской эстрады как таковой сейчас нет, и я отношусь к ней так, какк ней относится весь мир, считающий, что ее у нас нет. У нас нет нормальныхтелевизионных передач, посвященных музыке, нет сложившихся музыкальныхсвязей, внутримузыкальных отношений, нет нормальной музыкальной прессы.Ничего нет. Так тогда откуда возьмется эстрада, если нет атрибутов, сопутствующихей? Как может существовать эстрада, если нет независимого музыкальногоканала? Песен много, клипов наснимали, а канала нет? И если я сейчас напишугениальную песню и сниму на нее видео, то у меня все равно нет денег, чтобыпоставили ее в эфир, а в ножки подать кому-то я не буду...

— А у вас есть гениальные песни?

— У меня все песни гениальные.

Наша признательность директору “Макс-шоу” Михаилу Булацкомуи Алесю Радивилову за все.

Олег КЛИМОВ

© 2005 музыкальная газета