статья


Fugees
Новые Короли Хип-Хопа

Говоря о хитах уходящего сезона, стоит заметить, чтоне "Макареной" единой жив человек: команда Fugees, начав свойвзлет с мелодичной "Fu-Gee-La", сдобренной изрядной долей рэпа,с выходом прифанкованной кавер-версии "Killing Me Softly" (впервыепесня была исполнена Робертой Флэк в 1973 году) прочно укрепилась на первыхместах мировых чартов. Кто же они – эта блистательная троица, более полугодане вылезающая из горячей десятки Биллборда и претендующая на звание величайшейсенсации 90-х в стиле хип-хоп?

Lauryn Hill, единственная представительница прекрасногопола в группе, уютнее всего себя чувствует дома. Гибкая и стройная, к своему21 году продавшая 5 миллионов альбомов, объехавшая с турне половину земногошара и снявшаяся в фильме, Лорин все еще живет с родителями (папа – компьютерныйконсультант, мама – учительница английского) и старшим братом, 24-летнимМэлэни. Хилл считает, что, хотя Fugees и имеют много общего с такими коллегамипо жанру, как De La Soul и A Tribe Called Quest, их скорее следует отнестик неклассифицируемой группе исполнителей, в которую входят, к примеру,Beatie Boys, Cypress Hill и Beck. "Мы пионеры в музыкальной эстетике",-- утверждает Лорин.

Жизнь в усадьбе Хиллов практически не изменилась, несмотряна достижения младшей дочери. Сама же она сетует, что стала гораздо менееэмоциональной и драматичной: в детстве не по годам развитая Лорин перенималаманеры Глэдис Найт и Кертиса Мэйфилда, в то время как ее ровесники "тащились"от New Edition и Duran Duran. По окончании школы Хилл снялась в мыльнойопере, а затем и в фильме "Sister Act II" с несравненной ВупиГолдберг в главной роли.

Лорин не любит надолго уезжать из дома и сейчас рада передышкеи возможности отдохнуть не только от гастрольной жизни, начавшейся с января,но и от учебы в Колумбийском университете, где она собирается писать диплом,возможно, по истории.

Другой участник группы, 26-летний Wyclef Jean, основалсвою первую студию звукозаписи в подвале у дяди, поскольку в собственномдоме чересчур религиозные родители запрещали играть поп-музыку. "Когдая научился пользоваться шестидорожным портативным магнитофоном, я сказалсебе: "О`кей, теперь у меня есть студия", -- вспоминает атлетическоговида Джин, чьи карие глаза горят любознательностью, -- "все начиналоськак небольшая вечеринка караоке, а вскоре мы начали записывать друзей за25 долларов в час".

Рэппер Джин, поющий, играющий на гитаре и клавишных, атакже написавший и спродюсировавший почти всю музыку из альбома The Score,эмигрировал с Гаити в Бруклин в возрасте 9 лет, а затем вместе с остальнымидевятью членами семьи очутился в однокомнатной квартире на Кони-Айлендв Нью-Йорке. Обеспокоенная влиянием жизни в гетто на своего старшего сына,который к 12-ти годам ужы был пойман на воровстве в магазине, прогуливалзанятия и пытался вступить в шайку, мать Джина купила ему акустическуюгитару, дабы вытащить с улицы, а кузен научил нескольким аккордам.

Хотя Джин не мог влюбиться в рэп, который постоянно звучалвокруг, отец – по профессии священник – запретил хип-хоп в доме. Разрешенабыла только христианская музыка: госпелы, а также христианский рок – "Чтоугодно, лишь бы речь шла о Боге", -- говорит Джин. Он даже припоминаетхристианский трэш, ревущий из отцовского радио. Приходилось хитрить и приноситьзаписи Yes и Pink Floyd. "У ранних Yes было многоголосие и обилиеклавишных, так что звучали они действительно гармонично, близко к христианскомуроку – не к чему было придраться". Кроме того, Джин увлекся национальноймузыкой Гаити. Закончив школу и решив, что хочет стать рок-звездой, онначал играть в таком количестве групп, в котором позволяло время. Героемодного из его клубных хитов стал африканский президент Нельсон Мандела.

Кстати, с точки зрения Джина, испытавшего тяготы эмигрантскойжизни, легко объяснить происхождение названия группы – это сокращенныйвариант от "refugees" – имеется в виду униженное положение вСША бедных эмигрантов из стран, подобных Гаити. "Refugees" –понятие отрицательное, и нам хотелось переделать его в нечто более положительное",-- говорит Хилл.

Дебютный альбом Bluted on Reality, вышедший в 1993 году,был ознаменован попытками владельцев студии заставить Fugees делать гангстерскийрэп. Несмотря на скрытую неудовлетворенность музыкантов, альбом был принятблагосклонно. Предполагалось даже, что Хилл оставит группу ради сольнойкарьеры. Но в пику критикам выходит второй альбом, название которого TheScore (Счет), очевидно, гласит о желании группы подвести итоговую чертуи начать с новой точки отсчета. Альбом представляет собой замедленную смесьхардкора, рэгги, рэпа, легкой попсы 70-х и пропитанного гаитянским духомакустического фолка.

Но вернемся к рассказу об участниках группы, точнее, опоследнем из них --- 24-летнем молодом человеке по имени Prakazrel ("Praz")Michael, который по совместительству является кузеном Джина и "денежнымзаправилой" в группе, т.к. ведет все дела, касающиеся звукозаписи."Я тот самый тип, который ищет способ зашибить деньгу, пока Клей иостальные пытаются сделать группу, -- говорит Майкл. – Если где-то проходитфестиваль, то я как раз тот парень, который впихнет нас туда задаром".В большей степени, чем Хилл и Джин, Майкл излучает хип-хоповскую суперзвездность:сверкание золотых коронок на передних зубах, когда он улыбается, перстнина каждом пальце и золотого цвета солнцезащитные очки, будто навсегда прилипшиек его голове – взглянув на Майкла, каждый поймет, что тот привык жить наширокую ногу. На этом фоне по меньшей мере шокирующим выглядят признанияМайкла в его музыкальных пристрастиях: "Я вырос, слушая "Иглз",Фила Коллинза, Элтона Джона и Пэт Бенатар. Я терпеть не могу рэп. Рок,поп-рок – вот это было все мое. У меня больше тысячи дисков, и среди нихвсего 50 рэп-альбомов".

Майкл, родившийся в одном из районов Бруклина и позжепереехавший в Нью-Джерси, по окончании школы имел средний балл 3,8 и былдопущен в Йель, но предпочел посещать местный колледж, где изучал психологиюи философию (причем вылетел, проучившись год). Будучи еще выпускником школы,Майкл отважился спросить первокурсницу, младшую сестру своего друга МэлэниХилла, не желает ли она создать с ним группу. "Я всегда считал самойидиотской вещью группу типа "девочка – мальчик", -- говорит Майкл.Встреча с Лорин изменила его мнение, -- Она была потрясная!".. Я верю– поскольку я духовная личность и вырос в церкви, -- что случайностей небывает. Без Лорин Fugees не были бы тем, чем стали сейчас. Не то чтобымы не имели успеха – просто это было бы нечто совершенно иное". Третьейв группе стала некая Marcy, они назвались Tranzlator Crew (Команда Переводчиков)и стали записываться на студии House of Music.

Однажды Джин, у которого к тому времени уже была своягруппа, зашел проведать кузена, да так и остался, и вскоре после уходаMarcy новоиспеченное трио начало делать крутое шоу талантов в надежде сразитьсолидного менеджера и подписать контракт. "Я рвал на себе одежду,вопил, прыгал на офисном столе и здорово пугал всех этих людей", --вспоминает Джин. "Мы выглядели так, будто пытались доказать, что способныделать все, что угодно, добавляет Хилл. – В то время мы были одним большимкуском работы, сквозь который, тем не менее, просматривался талант.""Со школьных лет я привыкла после занятий до трех часов ночи работатьв студии, потом ложиться спать с тем, чтобы в семь утра вернуться на прежнийкруг. Я способна вынести все это и сейчас только потому, что всегда этоделала."

Наконец им удалось произвести впечатление на независимуюпенсильванскую студию Ruff House, известную по раскрутке латиноамериканскойхип-хоповой аномалии Cypress Hill. Вот тут-то и началось давление: "Выдолжны быть более агрессивными, вы должны кричать – послушайте Onyx".В конце концов Джин сам занялся ремиксами для Fugges и весьма скоро сталнарасхват: среди прочих у него на очереди оказались Aretha Franklin, SimplyRed и Aerosmith. Перезаписывая вещи, он сам играет почти на всех инструментах,как поступал в свое время Prince.

Fugees хором заявляют, что не все правдивые хип-хоповскиеистории заканчиваются перестрелкой и трупом посреди улицы. "Мы всеголишь обычные ребята, чертовски упорно вкалывающие и любящие делать музыку,-- замечает Хилл. – В действительности мы не так уж много тусуемся, неукрепляем индустрию и не балуемся наркотиками... Почему я должна говоритьо "пушках"? Когда речь заходит об оружии, я подразумеваю толькомой язык – это на самом деле мощнейшее оружие, которое у меня есть. Все,что мы пытаемся делать – это лишь быть реалистичными".

А. ГОРНЫХ

© 2005 музыкальная газета