...
...

Electronic Frontier Foundation

Electronic Frontier Foundation

Название этой организации фигурировало во множестве скандалов и судебных разбирательств, так или иначе связанных с компьютерами и сетями. Кто-то обвиняет ее в пособничестве компьютерной преступности и нарушениях всевозможных законов, другие считают ее оплотом истинной демократии и главным защитником свободы обитателей современного киберпространства. Имя этой организации — Electronic Frontier Foundation.

Фонд Электронного Фронтира — именно так принято переводить название EFF на русский язык — это общественная организация, призванная защищать права пользователей новых технологий. Созданная двенадцать лет назад, она существует на добровольные пожертвования своих членов и ведет весьма активную деятельность. Штаб-квартира EFF находится в Сан-Франциско, а ее официальный сайт можно найти по адресу www.eff.org.
В американских общественных науках давно используется такое понятие как фронтир. Исторически так называлась та непрерывно продвигающаяся граница осваиваемых в 1820-90-х годах территорий, где власть государства была весьма условна, а ресурсы обширны. Для нас более привычно название "Дикий Запад". Уникальные условия, по сути, создали систему самоорганизующихся сообществ, обладающих высокой подвижностью и независимостью. Благодаря этому на фронтире концентрировались наиболее активные носители "американского духа" будь то законопослушные переселенцы, авантюристы или просто бандиты, скрывающиеся от правосудия.
Концепция фронтира, претендующая на роль универсального рецепта развития, была предложена Ф.Дж.Тернером (F.J.Turner) и стала довольно широко использоваться вначале американскими, а потом и другими западными исследователями. При этом подчеркивается, что фронтир — это не просто некая физическая или географическая область, а скорее особое психологическое и общественное состояние "людей фронтира".
Одной из особенностей такой границы является фактическое бессилие на нем законов и норм обычного общества. Они не приспособлены к таким условиям и просто не работают. Считается, что только такие условия дают возможность активным колонизаторам фронтира действовать намного эффективней своих коллег на "цивилизованных" территориях.

Фронтиры находили повсюду. Некоторое время весьма популярным фронтиром были космические исследования, особенно проекты освоения Марса. Предполагалось, что только такие масштабные проекты способны сохранить начинающий притупляться дух нации. Однако вскоре приоритеты изменились, космос во многом потерял былую привлекательность, и новым фронтиром было объявлено начавшее свое развитие киберпространство.
Согласно теории ФРОНТИРА, при освоении новых территорий и усилении государственного контроля на занятых территориях, как правило, возникают два течения. Первое склоняется к тому, что государство должно и тут установить правила и ограничения, уже принятые на других, давно освоенных территориях. Другое, получившее название либертарианства, выступает за сведение такого контроля к минимуму, за сохранение духа свободного от внешнего контроля фронтира, что должно создать основу для следующего рывка.
Современные компьютерные технологии, в частности, Internet, стали очень удобным объектом применения данной теории. Быстрое развитие технологий вкупе с постоянным расширением сферы их применения сопровождалось солидной идейной и художественной поддержкой в лице фантастов, некоторые из которых уже упоминались в предыдущих публикациях. Казалось, что пройдет еще совсем немного времени, и мы получим в свое распоряжение те бескрайние пространства, про которые так увлекательно писал Гибсон со товарищи, при этом благополучно избежав их опасностей. Как-то незаметно исследования киберпространства стали подменяться исследованиями только одного из возможных вариантов его развития. При этом подразумевалось, что к моменту выхода таких работ реальные технологии уже догонят мысль футурологов. Возможно, в этом одна из причин объявления Internet как наиболее на сегодняшний день приближенной к эталону реализацией киберпространства этим самым Новым Цифровым Фронтиром. Оставим пока в стороне споры о корректности такой аналогии. Факты на сегодня таковы, что эта популярная теория линейного экспансионизма проявляется во многих других случаях. Я думаю, что любители компьютерных стратегий поймут, о чем идет речь.
Так или иначе, сфера IT во второй половине 1980-х действительно была очень похожа на фронтир. Здесь была и высокая концентрация активных энтузиастов различного толка, и быстрое развитие, практически никак по первости не регулируемое извне либо регулируемое с большим опозданием и без учета специфики информационных технологий. Следуя по пути наименьшего сопротивления, зарождающееся киберпространство пытались регулировать обычными, вроде бы, неплохими на взгляд принимавших их людей законами, многие из которых просто не могли работать в новых условиях. А понимание даже просто технических тонкостей не было сильной стороной властей. Не секрет, что большинство людей весьма смутно представляют себе принципы работы компьютеров и сетей. Ошибки при таком раскладе неизбежны и дорого обходятся.
Итак, проблема назрела. Рано или поздно "чувство права" кибернетических либертарианцев должно было открыто столкнуться с "инстинктом ограничения" правительства и корпораций.

Это случилось в 1990-м. Как известно, именно в этом году спецслужбы США провели масштабную операцию против компьютерной преступности под названием Sun Devil, в ходе которой производились многочисленные аресты, конфискации компьютерного оборудования. Широко применялся никем не санкционированный просмотр частной электронной корреспонденции. Согласно многочисленным свидетельствам очевидцев, такие действия нередко противоречили американской конституции и законам. Положение усугублялось, мягко говоря, невысокой технической грамотностью большинства правительственных агентов. Ситуация подогревалась СМИ, которые пугали всех "хакерской угрозой", не утруждая себя проверкой поступающих сведений. Некоторые публикации того периода стали классическими примерами компьютерной безграмотности, но они оказали определенное влияние на людей, неискушенных в новых технологиях, сформировав образ хакера-анархиста, агрессивного и социально опасного. Под это определение автоматически подпадали и вполне законопослушные энтузиасты, а также все защитники прав и свобод обитателей киберпространства. Стала очевидной необходимость создания некой общественной организации, способной бороться с такими нарушениями прав человека в области современных технологий.
У истоков EFF стоят несколько человек. В первую очередь это Митч Карпор (Mitch Karpor), известный своими достижениями в небезызвестной Lotus Corporation, и Джон Перри Барлоу (John Perry Barlow) — кстати, один из участников Grateful Dead, а также Джон Гилмор — бывший сотрудник Sun Microsystems. После бесед с правительственными агентами в ходе расследований некоторых дел, связанных с компьютерными технологиями, они были весьма обеспокоены полной некомпетентностью следователей. Поместив на BBS рассказ об этом происшествии, Барлоу вскоре ознакомился с аналогичным опытом Карпора. Именно после их встречи и родилась мысль о создании общественной организации, которая смогла бы отстаивать права и свободы людей, использующих новые технологии. Это объединение, начавшее свою деятельность 10 июля 1990-го, впоследствии и получило название Electronic Frontier Foundation. Одной из первых акций Фонда стала защита в суде Стива Джексона, пострадавшего в ходе расследования "дела E911".

Это разбирательство было связано со стремлением ФБР отследить все попытки распространения нелегально скопированного в сети оператора BellSouth документа, описывавшего работу резервных телефонных линий службы спасения 911. ФБР полагало, что, если злоумышленники узнают способ функционирования этих линий, они будут перегружены, и неотложные сигналы о помощи не смогут вовремя дойти по назначению.
Одним из получателей копии этого документа и стала небольшая фирма Steve Jackson Games, которая не имела никакого отношения к взлому компьютеров BellSouth. Несмотря на отсутствие вины фирмы и случайный характер попадания злополучной копии на ее почтовый сервер, против ее владельца возбудили уголовное дело, а все электронное оборудование было конфисковано. Это явным образом нарушало местное законодательство о проведении обысков. Если бы в деле не фигурировало использование компьютеров, то есть если бы это письмо пришло по обычной почте, то ФБР не имело права на такие действия. Однако подобные обстоятельства не оговаривались специально ни в одном законе, что и развязало руки спецслужбам.
Кроме практически полного уничтожения бизнеса Стива, эта акция еще и нарушила права его клиентов — на конфискованных компьютерах хранилась личная переписка людей, использовавших эту почтовую службу. Большинство из них не имели к пострадавшей фирме и всему "делу Е911" никакого отношения. Однако это не помешало ФБР прочитать, а потом и уничтожить все их письма. EFF приняло самое деятельное участие в судебном разбирательстве Джексона и некоторых его клиентов против ФБР, в результате которого технику все-таки удалось вернуть. Но самым важным последствием этого первого в своем роде процесса стало то, что приватность электронной почты была приравнена к таковой обычных видов связи, давно уже защищенных законом от несанкционированного доступа. Это было важной победой, но, как оказалось, не окончательной. Как известно, после событий осени 2001 года ситуация с неприкосновенностью частной переписки в США быстрыми темпами возвращается к состоянию двенадцатилетней давности. Не исключено, что она может стать еще хуже.
Следующим направлением активности EFF стала борьба за свободное распространение и использование средств шифрования, критичных для развития электронного бизнеса и обеспечения безопасности личной информации. Реально это выразилось во втором большом судебном деле с участием EFF — Бернстейн против Департамента Юстиции США. Суть дела была в попытке государственного учреждения запретить этому студенту Калифорнийского университета опубликовать исходники написанной им шифровальной программы. В результате усилий собранной EFF высококвалифицированной команды экспертов, суд постановил, что программный код является высказыванием и защищается законодательными актами о свободе слова.

Попытки введения цензуры в Сети — одна из самых сложных и неоднозначных проблем использования компьютерных коммуникаций. Вроде бы нужная задача ограждения неокрепших детских умов от тонн порнографии и других деликатных источников информации, например, рецептов изготовления взрывчатки, решается просто и бесхитростно: все запретить и принудительно отфильтровать. Такие кавалерийские методы еще нигде не дали положительных результатов. Показательным примером здесь может служить так называемый Акт защиты детей в Internet (CHIPA 2001), не так давно принятый Конгрессом США. Согласно этому документу, все учреждения, предоставляющие доступ к Internet и финансируемые из госбюджета, в частности, публичные библиотеки, обязаны установить специально разработанное ПО, призванное фильтровать запрашиваемый контент и блокировать доступ к "сомнительным" ресурсам. Но попытка реального применения таких программных фильтров нередко приводила к анекдотичным ситуациям. Отсекались многие ресурсы, не содержащие "запретной" информации, в то же время полностью отфильтровать те же порносайты так и не удалось. Намного более опасным было то, что блокировались материалы, представляющие, к примеру, некоторые альтернативные течения политической философии. Кроме того, фильтрация осуществлялась еще и по признаку производителя информационного материала. Совсем загадочными с точки зрения провозглашенных задач выглядели преимущества, предоставляемые продуктам определенных производителей программного обеспечения. Против этого закона выступило немало общественных организаций. В этом случае EFF действовал совместно с Американской библиотечной ассоциацией (ALA), ACLU (American Civil Liberties Union) и некоторыми другими объединениями. По мнению EFF, школы и библиотеки могут решать данную проблему самостоятельно. Разъяснительная работа и внимание к детям со стороны родителей, учителей и библиотекарей гораздо эффективнее и на порядки гибче предлагаемого ПО. Кроме привычного судебного разбирательства с правительством, в рамках акции под названием Blue Ribbon Campaign была начата активная разъяснительная работа, целью которой было показать ошибочность предлагаемого решения этой важной проблемы.

"Вторым фронтом" для EFF стали взаимоотношения с корпоративным бизнесом. По мнению активистов EFF, сегодня корпорации пытаются использовать комбинацию несовершенного законодательства и современных технологий для укрепления своих позиций и повышения прибыли за счет ущемления прав потребителей информационных продуктов. EFF не утверждает, что авторское право нужно упразднить. Оно необходимо и полезно. Но попытки манипулирования законами о защите авторского права могут нарушить установившееся равновесие между интересами собственников этих прав и правами потребителей, а также повредить свободе слова.
Наиболее известной кампанией EFF в этой области стала серия акций против печально известного Digital Millennium Copyright Act (DMCA). Тут можно упомянуть участие в защите 2600Magazine, опубликовавшего на своем сайте код программы DeCCS и статью об истории и необходимости ее создания, представление в суде участников акции Hack SDMI Challenge, а также недавнюю историю с арестом российского программиста Дмитрия Склярова, которому EFF также оказал существенную поддержку.
На сегодняшний день можно выделить несколько основных направлений деятельности EFF. Это, во-первых, инициативы и конкретные предложения по совершенствованию законодательства, затрагивающего сферу использования информационных технологий. Во-вторых, это постоянный мониторинг ситуации с правами и свободами человека, использующего компьютерную технику, во всем мире, а также их непосредственная защита и представление пострадавших людей и организаций в разнообразных судебных инстанциях. В третьих, EFF постоянно ведет масштабную разъяснительную и просветительскую работу, помогая людям узнать свои права и понять необходимость их защиты, а также увидеть пути цивилизованного освоения киберпространства. И, наконец, это поддержка различных технологических инициатив, помогающих укреплению и развитию гражданских прав, например, общедоступных и надежных технологий шифрования. По всем этим направлениям деятельность EFF координируется с работой других подобных организаций.

Таким образом, EFF — это не какая-то анархическая группа, защищающая преступников и пиратов, а серьезная организация, видящая своей целью как раз защиту законности и прав каждого отдельного человека, использующего новые технические достижения.
EFF — организация, деятельность которой хорошо иллюстрирует процесс освоения информационных технологий. Мы пока живем в далеко не идеальном мире всеобщего информационного пространства. Поэтому такая правозащитная деятельность крайне важна. EFF дала примеры успешной практической защиты прав и свобод человека в условиях повсеместного использования компьютерных технологий, которые, кроме многочисленных философских вопросов, поставили и более приземленные юридические проблемы. Их все равно придется решать. Наверное, для всех будет лучше, если в этом будут участвовать подобные структуры.
Как можно было заметить, EFF больше заботит ситуация в США, это нормально и понятно. Эта организация оказалась способна влиять на правовые отношения в своей стране. За границами Штатов она, по большому счету, может выступать в основном как пример одного из немногих правозащитных объединений, действующих в IT-сфере. И это, несомненно, самая влиятельная и известная организация такого рода. Конечно, многие ее методы и достижения применимы только в США, но ее принципы и большинство задач носят глобальный характер и актуальны в любой точке земного шара, где есть компьютеры, Сеть и люди, их использующие. Грех не воспользоваться этим опытом.

Алексей Кутовенко alteridem@tut.by


© Компьютерная газета

полезные ссылки
Каталог видеокамер для систем видеонаблюдения