...
...

Упрямец Никлаус Вирт уходит...


Иногда, под настроение, приходит желание поговорить об истории компьютеров и программ. А какая же история без дат и имен? На поверку мы знаем всего десяток-другой фамилий, но имя Никлауса Вирта в этом перечне есть. Оно олицетворяет целую эпоху в мировой компьютерной науке. Так вот: в марте Вирт прочел свою прощальную лекцию. Предлагаю вашему вниманию перевод статьи Бита Гербера, посвященной уходу Вирта.

(c) Компьютерная газета

Простое здание отделения компьютерных наук Федерального цюрихского технологического университета (ETH-Zurich) выкрашено в скучный серый цвет. Он напоминает цвет клеток, заполняющих головы ученых-компьютерщиков. Хотя скупая архитектура здания едва ли способна стимулировать воображение, мозги, что трудятся в его скромных помещениях, рождают гениальные идеи.

Профессор Института компьютерных систем Никлаус Вирт - один из пионеров. Он установил новые, научно обоснованные стандарты на языки программирования и компьютеры. В 60-х годах он дал доселе хаотичному миру компьютерного программирования ясные и исчерпывающие основы.

Окончив в 1970 году разработку языка программирования Паскаль, Вирт прославился на весь мир. Паскаль, названный в честь французского математика семнадцатого столетия, был первым языком, имевшим ясную логичную структуру, что делало его идеальным для обучения программированию. Звездный час Паскаля пришел в середине 70-х, когда на рынке впервые появились персональные компьютеры Apple и Commodore. Тогда несчетное количество школ и вузов во всем мире установило Паскаль на свои машины...

Вирт и после этого продолжал совершенствовать свой систематический подход. Результатом явились языки Модула и Оберон, последовавшие за Паскалем. Однако его интересовала еще и разработка аппаратуры, поскольку действительно эффективные решения возможны, только если аппаратное и программное обеспечение взаимно согласованы. Руководствуясь этим принципом, Вирт сконструировал компьютеры, названные Лилит, Церес и Хамелеон.

Никлаус Вирт покинул свой кабинет в сером здании компьютерных наук в конце марта 1999 года, когда ему исполнилось 65 лет. В таком возрасте уходят на покой все швейцарские гражданские служащие. Правда, его нельзя назвать типичным государственным гражданским служащим. Неотступно, по мнению некоторых своих коллег - с безрассудным упрямством, он преследовал цель превращения компьютера в доступный каждому рабочий инструмент.

"Систематический", "методический" и "структурный" - эти суховатые академические термины всегда звучали в лекциях Вирта, когда он говорил о программном и аппаратном обеспечении компьютеров. А означали они, что компьютерные системы должны быть простыми, ясными и понятными. С такими убеждениями профессор даже приблизительно не попадает "в русло" господствующей тенденции. Но он убежден: "...бороться с волной, плыть против течения - одно из старейших предназначений университетов".

Пейзаж нынешней компьютерной науки напоминает унылую пустыню: горстка компаний, таких как "Майкрософт", "Интел", "ИйБиЭм" и "Компак", контролируют мировой массовый рынок. По мнению Вирта, современные потребительские программы являются лабиринтами. Пользователь принужден бесконечно кликать туда-сюда мышкой, находя выход только благодаря слепой случайности. Популярнейший текстовый редактор Word может служить примером очень сложной системы, содержащей миллионы строк исходного кода, испещренного несчетными ошибками.

Вирт адресует компьютерной индустрии суровые слова: "Надежные и ненавязчивые программы обычно не представляют интереса для разработчика". Торговые подразделения фирм-гигантов подметили, что потенциальные покупали не соблазняются простотой. Людей завораживают "классные навороты", никому в действительности не нужные, но которые можно с гордостью демонстрировать друзьям. "Желания потребителей значат больше, чем их нужды", - заключает Вирт.

Как бы то ни было, тенденцию к росту мощи персональных компьютеров и сложности программ, кажется, уже не обуздать. По Вирту, следом за техническими ограничениями следуют ограничения человеческие: "Наши головы больше не способны выполнить любую работу". Даже в научном сообществе наблюдаются признаки переориентации в сторону простоты и ясности, которые изначально и составляли неизменное кредо Вирта.

Профессор, являясь проницательным и критичным аналитиком, критичен и по отношению к искусственному интеллекту. Зачаровывающая область исследований, ИИ обещает результаты уже 40 лет - без практических успехов. Вирт говорит: "Конструирование компьютеров с человеческими качествами - чепуха. Возможности технологии в целом преувеличиваются. Одна из причин тому - преобладание физико-химического уклона в образовании".

Но слышит ли кто-нибудь его голос? Даже две собственные дочери не прельстились техническим образованием, а сын стал музыкантом. "Наверное, я был устрашающим примером", - пожимает плечами Вирт.

Всю жизнь он неуклонно шел своим собственным путем. Получив в ETH диплом инженера-электронщика, в 1959 году он покинул Швейцарию. Окончив обучение по курсу разработки программного обеспечения в знаменитом калифорнийском университете в Беркли, Вирт работал преподавателем в Стэнфорском университете.

После восьми лет, проведенных в США, он получил предложение организовать в ETH группу компьютерных исследований и вернулся с семьей в Швейцарию. Несмотря на триумф Паскаля, швейцарская почва оказалась не слишком благодатной для компьютерных исследований. По словам Вирта, это иногда очень разочаровывало.

В период с 1977 по 1980 год он сконструировал компьютер Лилит. Эта мощная рабочая станция была одной из первых машин, имевших мышь, монитор с высоким разрешением и графический интерфейс пользователя. По сравнению с ней компьютер Apple II, снабженный только клавиатурой, выглядел почти традиционным. Но Лилит не принесла Вирту богатства. (За разработку Лилит Вирт был удостоен Тьюринговской премии, считающейся высшей наградой в области компьютерной науки. - Е.Щ.) Промышленники осторожничали, не желали идти на малейший риск, и проект коммерческого производства был свернут. Вирт говорит: "Тогда была упущена возможность построить в нашей стране компьютерную индустрию".

Обучение компьютерных специалистов в Швейцарии тоже находилось в зачаточном состоянии. Если в США предмет программирования был введен в программу обучения еще в 1965 году, то ETH решил последовать этому примеру только в 1980 году - через 12 лет после возвращения Вирта в Швейцарию. Множество инициатив, выдвигавшихся Виртом и его коллегой Карлом Зендером, пропали втуне.

Эти и другие разбитые надежды не разочаровали Вирта в исследованиях и преподавании. Вехами его работы в 80-е годы стали компьютер Церес и операционная система Оберон, позволявшая вести пользователю простой диалог с компьютером. И потом профессор работал на переднем крае аппаратных и программных исследований, в области программируемых полевых полупроводников (FGPAs).

Карьера, отмеченная семью почетными докторскими степенями и множеством наград, подошла к концу. С самого начала она направлялась любопытством и любознательностью. Вот, как все начиналось.

Никлаус Вирт вырос в Винтертуре. Они жили неподалеку от школы, где преподавал географию его отец. Единственный ребенок в семье, Никлаус обрел свое призвание в отцовской библиотеке. Увлеченный техникой, он нашел там описания турбин, паровых двигателей, локомотивов и телеграфа - и был очарован технологией. Но Никлаусу было мало теории: он хотел знать, как все работает в реальной жизни.

В кружке авиамоделирования он с друзьями строил аэропланы собственной конструкции (больше двух дюжин), самый большой из которых имел размах крыльев в 3,5 метра. В старших классах он увлекся химией и оборудовал в подвале лабораторию, где сам проверял то, чему учили в школе.

В голубых глазах профессора загораются искорки, и он смеется, как мальчишка, рассказывая историю о неудачном запуске модели ракеты. Они с другом плохо спрессовали топливную смесь, снаряд сошел с расчетной траектории и угодил прямо под ноги директору школы, некстати вышедшему из-за угла... Их не наказали.

"Беззаботное время..." - вспоминает университетский профессор, который за всю свою жизнь в науке так и не успел реализовать большинство своих замыслов. Фундаментальная наука дала ему весь нужный простор, чтобы создавать новое знание, а мысли о коммерческом успехе и других карьерных возможностях в голову не приходили. Tempi passati.

Атмосфера в науке теперь изменилась. Профессора нынче стали менеджерами и ориентируются на рыночные тенденции, как Антон Гунзингер со своими суперкомпьютерами. А у Вирта всегда были трудности с коммерциализацией, он всегда твердо выступал за четкое разделение между промышленной наукой с одной стороны, образованием и исследованиями - с другой. Университеты должны эффективно управляться и приносить прибыль - такова новая правительственная политика. "Перспективы удручающие, если от университетских исследований будут требовать немедленные выгоды", - грустно говорит Вирт, приверженный полной академической свободе.

Компьютерный упрямец сохранит свою независимость - на пенсии. Никлаус Вирт надеется, что будет больше времени для размышлений. Он хочет вернуться к изготовлению моделей самолетов и больше читать. Ему очень нравятся детективные истории. Вирт просто не может оставить свою логику без работы.

Евгений Щербатюк

© Компьютерная газета

полезные ссылки
Оффшорные банковские счета